Кейт уже много лет живёт одна на своей ферме в долине. Место красивое, почти открыточное: зелёные холмы, старый дом с широкой верандой, лошади в загоне. Она учит приезжих верховой езде, иногда берёт группы детей по выходным. Деньги небольшие, но на жизнь хватает. По крайней мере, хватало бы, если бы не дочь.
Клэр всегда была другой. Яркая, громкая, с кучей идей, которые обычно заканчивались плохо. После школы уехала в город, вернулась через пару лет с разбитым сердцем и чемоданом долгов. Потом снова уехала. И так по кругу. Каждый раз, когда очередной парень оказывался «не тем», Клэр звонила матери среди ночи. Плакала, просила забрать её с вокзала, выручить. Кейт выручала. Брала подработку, продавала часть сена раньше срока, иногда снимала последние деньги с карточки. Она давно привыкла, что её жизнь — это в первую очередь спасение дочери от очередной беды.
В этот раз всё началось с обычной ссоры. Клэр поссорилась с очередным бойфрендом прямо на заправке. В ярости схватила его сумку и вышвырнула вещи на асфальт. Среди прочего туда попал маленький целлофановый пакетик, который она даже не заметила. Парень уехал, хлопнув дверью, а Клэр осталась стоять посреди ночи с чужими долгами на руках. Десять тысяч долларов. Срок — неделя. Она понимала, что это не те люди, с которыми можно торговаться или прятаться.
Кейт узнала обо всём только утром, когда Клэр появилась на пороге фермы. Волосы слипшиеся, глаза красные, на светлой куртке тёмные пятна, которые она пыталась застирать ещё в машине. Дочь почти не разговаривала, просто стояла в дверях и смотрела в пол. Кейт молча налила ей кофе, поставила тарелку с бутербродами. Потом села напротив и спросила тихо: сколько на этот раз. Клэр назвала сумму и добавила, что это уже не шутки. Что эти люди приедут сюда, если не отдать деньги.
Кейт не стала кричать. Она давно разучилась кричать на дочь. Вместо этого встала, подошла к старому секретеру в гостиной и достала жестяную коробку из-под печенья. Там лежали все её сбережения: немного наличных, пара страховок, которые она копила на новый прицеп для лошадей, документы на землю. Она выложила всё на стол и посмотрела на Клэр. Та заплакала уже беззвучно, только плечи дрожали.
Теперь они вдвоём считают дни. Кейт звонит старым знакомым, просит одолжить, договаривается продать часть лошадей. Клэр почти не выходит из комнаты, только иногда выходит на крыльцо покурить и смотрит на дорогу. Обе понимают, что на этот раз всё иначе. Что ферма, лошади, привычная жизнь — всё это может исчезнуть за одну ночь. И всё-таки Кейт каждое утро идёт в конюшню, чистит стойла, выводит лошадей на леваду. Потому что если остановиться, то уже точно ничего не спасти.
А по вечерам, когда солнце садится за холмы и долина наполняется длинными тенями, Кейт сидит на веранде с кружкой остывшего чая. Она смотрит на дорогу и думает об одном: хватит ли у неё сил в этот раз вытащить их обеих. Или пора наконец перестать спасать и начать хотя бы самой держаться на плаву. Но пока ответа нет. Только тишина, стук копыт вдалеке и слабый запах дыма от костра, который Клэр разожгла за сараем, чтобы согреться.
Читать далее...
Всего отзывов
0